Сами аль-Хадж

Цена свободы слова

22 сентября 2001 года катарский телеканал Аль-Джазира отправил в Афганистан команду журналистов, в которую входил Сами аль-Хадж, с целью освещения конфликта. После 18 дней репортажей журналисты вернулись в Пакистан. Но в декабре 2001 года аль-Хадж и его коллеги решили вернуться для освещения формирования нового афганского правительства. Однако, прежде чем они смогли достичь границы, пакистанская полиция арестовала суданского журналиста, отпустив остальных членов катарской команды. Аль-Хадж был передан американскому командованию в Афганистане и пережил настоящий кошмар на воздушной базе Баграм. «Это были худшие дни в моей жизни», – сказал он. Журналист признался, что подвергался сексуальным домогательствам и угрозе изнасилования со стороны американских солдат. Кроме того, в течение долгих месяцев его жестоко пытали. Насилие над репортером приобретало различные формы. Его вынуждали проводить по нескольку часов, стоя на коленях на голой земле. Его постоянно преследовали и кусали собаки. В течение долгого времени суданский репортер был заперт в клетке, находившейся в ледяном авиационном ангаре. Аль-Хадж рассказал, как его мучители выдирали ему волосы и бороду. Охранники регулярно избивали его, и в течение 100 дней ему не разрешали помыться, хотя все его тело было покрыто вшами.

13 июня 2002 года Сами аль-Хадж был отправлен в Гуантанамо. Время полета он провел в цепях, с кляпом во рту и мешком на голове. Каждый раз, когда его одолевала усталость, охранники жестоко будили его ударом по голове. В течение двух дней перед первым допросом ему не давали спать. «В течение более трех лет главной целью тех, кто вел допрос, было заставить меня сказать, что существует связь между Аль-Джазирой и Аль-Каидой», – рассказал журналист своему адвокату. На кубинской территории, незаконно оккупированной Соединенными Штатами, журналист, страдавший году раком горла и ревматизмом, не получил медицинской помощи. Его били по подошвам ног и запугивали разъяренными собаками. Он стал жертвой расовых притеснений и был лишен положенной прогулки из-за цвета кожи. Он также был свидетелем надругательства над Кораном в 2003 году и вместе с сокамерниками объявил голодовку. Реакция американской армии на этот протест была чрезвычайно жестокой: журналист был избит и сброшен с лестницы, в результате чего получил серьезную травму головы. После этого его посадили в карцер, а потом перевели в Лагерь V – самый суровый из всех центров задержания в Гуантанамо, в котором ему присвоили четвертый уровень безопасности, являющийся синонимом жесточайшего насилия.

Это еще одно свидетельство против администрации Буша, которая по-прежнему отказывается предоставить заключенным Гуантанамо статус военнопленных, дополнило столь же обвинительные показания других жертв, предоставленные Международной Амнистии. Однако изложенные Международной амнистией жестокости – лишь верхушка айсберга. В Гуантанамо совершается двойное преступление: США подвергают самому бесчеловечному насилию заключенных, лишенных свободы без прямых улик против них, и при этом силой оккупируют часть территории независимой Кубы.

Сами аль-Хадж только 1 мая 2008 года был отпущен и отправлен в Судан. По договоренности с США власти Судана согласились запретить аль-Хаджу заниматься журналистской деятельностью и покидать пределы государства.

За шесть лет заключения в Гуантанамо Сами аль-Хадж похудел на 18 килограммов, приобрёл серьёзные заболевания печени, почек, сердца и расстройство психики.

Американские суды признают, что в тюрьмах Гуантанамо держат невиновных

Это – только одна из скандальных историй, связанных с Гуантанамо. Недавно вашингтонский суд вынес вердикт об освобождении пяти подозреваемых в терроризме алжирцев, содержащихся в неволе почти семь лет, однако администрация президента Буша не согласна с этим вердиктом, – заявил представитель Белого Дома Тони Фратто.

Одновременно Белый Дом выразил удовлетворение тем, что шестой алжирец, захваченный вместе с оправданными пятью, признан судом «enemy combatant», т. е. вражеским солдатом. «Мы не согласны с решением суда о недостоточности улик против остальных пяти задержанных. Сейчас это решение изучает Министерство юстиции», – заявил Фратто.

Принимая решение об освобождении алжирцев, судья Ричард Леон указал на недопустимость бессрочного содержания под стражей вражеских солдат. По его мнению, обвинению не удалось доказать, что пятеро алжирцев имели намерение проникнуть на территорию Афганистана для борьбы против армии США, как указывалось в обвинительном заключении на процессе, начавшимся в начале ноября.

Все шестеро были задержаны в октябре 2001 года вначале по обвинению в подготовке террористического акта, целью которого было американское посольство в Сараево, столице Боснии и Герцеговины. В Гуантанамо их перебросили в январе 2002 года. С этого времени американские власти отказались от обвинения алжирцев в подготовке террористической атаки посольства, но продолжали утверждать, что только благодаря задержанию удалось предотвратить участие шестерых африканцев в борьбе с США и их союзниками.

Это – второе решение суда такого рода и новое серьезное поражение администрации президента Буша. В октябре суд потребовал освобождения из лагеря Гуантанамо 17 китайских уйгуров. Однако, уйгурская проблема оказалась «не по зубам» администрации США: разрешать им проживание в Америке никто и не собирался, ни одна страна мира не готова принять их, а в Китай их депортировать негуманно, поскольку там их ждут репрессии.

«Печальная глава в истории Америки»

Ликвидация лагеря в Гуантанамо или, как его назвают в Америке, Гитмо, стала одним из приоритетов предвыборных обещаний Барака Обамы. По данным Associated Press, советники избранного президента, не привлекая всеобщего внимания, готовят проект по переправке десятков, если не сотен подозреваемых в терроризме заключённых в Соединённые Штаты, чтобы провести уголовные процессы по их делам. Это позволит Обаме выполнить своё обещание закрыть тюрьму в Guantanamo Bay, однако для этого может потребоваться создание новой системы правосудия, с чем наверняка согласятся далеко не все.

Во время предвыборной кампании Обама назвал Guantanamo «печальной главой в истории Америки» и в общих чертах говорил о том, что правовая система Америки позволяет провести суды над заключёнными. Он также рассказал о том, что он планирует сделать после закрытия тюрьмы. Согласно готовящихся командой Обамы планам, часть заключённых планируется освободить, а большая часть остальных будет осуждена в уголовных судах Америки. Дела же третьей группы заключённых – тех, чьи дела сильнее всего осложняет причастность к засекреченной информации – будут направлены в специально созданные для подобных дел суды, где будут разбираться преступные деяния, тесно переплетённые с засекреченными вопросами, имеющими отношение к национальной безопасности. Во всяком случае, так представляют себе ситуацию многие политические советники демократов, приближённые к разработке этих планов. Эту информацию они передали АР на условиях анонимности, так как эти проекты ещё не утверждены окончательно.

Подобный шаг идёт вразрез с курсом администрации Буша, учредившей военные трибуналы, судившие заключённых прямо на Кубе и изо всех сил сопротивляющейся тому, чтобы перевозить пленников в США. Соперник Обамы, республиканец Джон Маккейн также обещал закрыть тюрьму в Guantanamo. Но Маккейн настаивал на продолжении деятельности военных трибуналов, лишь с тем условием, что они должны будут отныне проводиться на территории США. В защиту разработанного в штабе Обамы плана выступают учёные-юристы из обеих политических партий. Но, почти наверняка, им придётся встретиться с сопротивлением как со стороны республиканцев, не желающих допустить переправки подозреваемых в терроризме личностей в США, так и со стороны демократов, которые будут против создания новой судебной системы, где заключённые будут обладать куда меньшими правами.

Лоренс Трайб (Laurence Tribe), профессор юриспруденции из Гарварда и советник Обамы по правовым вопросам, сказал, что дискуссии о судьбе Guantanamo были во многом «теоретическими» до избрания Обамы, но сейчас они станут значительно конкретнее, так как закрытие тюрьмы является первоочередной задачей. Перевозка заключённых в США – достаточно спорный вопрос, однако это может быть выполнено. «Я думаю, что, в конце концов, все поймут, что они могут также тщательно охраняться и на территории Соединённых Штатов», – сказал Трайб. «Мы не можем вечно держать людей в подземелье, даже не рассматривая их дела, чтобы понять, заслуживают ли они этого».

Ещё более сложной задачей станет необходимость развеять опасения демократов, считающих, что военные трибуналы Буша были не более чем фарсом, и отвергающих любую идею кроме получения заключенными всех конституционных прав, которыми обладает каждый находящийся на территории Соединённых Штатов.

«Думаю, будет много прений по поводу введения совершенно новой системы правосудия», – сказал республиканец Адам Шифф (Adam Schiff), член Юридического комитета сената и бывший федеральный прокурор, который находится в курсе обсуждений, идущих внутри лагеря Обамы. «И что касается создания такого режима содержания заключённых, в котором задействованы как американские граждане, так и иностранные подданные; режима, который действует на территории США отдельно от системы уголовного судопроизводства – создать такой режим будет довольно трудно».

Обама заявил, что система гражданских и военно-полевых судов обеспечит «основу для создания методики обращения с террористами», а, по словам Трайба, администрация использует их в качестве отправной точки при создании новой правовой системы. Но обсуждения того, что будет представлять собой новая система, уже начались.

«Мы должны создать гибридную систему, включающую в себя военные трибуналы. И ей предстоит действительно осуществлять правосудие, а не быть кенгуриным судом», – заявил Трайб (так на американском юридическом слэнге называют суд, в котором законы нарушаются с легкостью прыжка кенгуру). «Эта система должна не казаться, а быть фундаментально честной и справедливой в свете нынешних обстоятельств. Я думаю, что многие усомнятся в правильности действий администрации Обамы в этом вопросе». И хотя идея смешанных судов может оказаться непопулярной, большинство политических советников и остальные демократы сходятся во мнении, что у Обамы может не оказаться другого выхода.

Судебные разбирательства над заключёнными в федеральных судах принесут множество проблем. В этом случае придётся отказаться от использования доказательств и сведений, добытых в ходе допросов с применением пыток или через источники разведслужб. У подсудимых появится право требовать очной ставки с изобличающим его свидетелем, а это означает, что агентам ЦРУ, действующим под прикрытием, или перебежчикам от террористов придётся давать показания, подвергая опасности своё прикрытие и рискуя вызвать утечку засекреченных данных разведки. Теоретически, Обама может попробовать перенести систему учреждённых администрацией Буша военных трибуналов из Guantanamo Bay в американские тюрьмы. Но, по мнению Трайба и остальных советников, это идея была бы заведомо неудачной. С их пренебрежительным отношением к предоставленным доказательствам и повышенной секретностью, военные трибуналы критиковались группами по защите прав человека, адвокатами и даже некоторыми военными прокурорами, отказавшимися участвовать в трибунале в знак протеста (см. «Военный прокурор из Гуантанамо» на win.ru).

«Я не думаю, что нам надо заново изобретать колесо, но нам определённо нужен новый, более прозрачный механизм работы трибуналов», сказал Шифф. Это означает, что нам нужно что-то другое, если мы не можем освободить заключённых или провести судебное разбирательство в обычном суде. Но пока остаётся неясным как должно функционировать это «что-то».

Выполнит ли Обама свое обещание закрыть лагерь пыток?

По словам троих участвующих в обсуждениях советников, Обама планирует вскоре предложить создание новой судебной системы и назначить комитет, который решит, как именно она будет действовать. Вероятно, часть заключённых будет депортирована в те страны, где они были захвачены, для их дальнейшего заключения или оправдания. Судебные разбирательства по делам остальных будут, вероятно, проведены в уголовных судах США, сообщил один из советников. Все они сообщили сведения о ведущихся обсуждениях на условиях анонимности, так как эти разговоры носят частный характер. Трайб заявил, что как бы ни решил действовать Обама, ему следует делать это быстро.

«И по-настоящему, и с символической точки зрения, мысль о том, что мы держим людей в узаконенном подобии чёрной дыры, бросает очень серьёзную тень на репутацию страны», – сказал Трайб. «Мы обязаны что-то сделать с этим».

Свою решимость закрыть пыточный лагерь Гуантанамо и вернуть судебную систему США в конституционное русло Барак Обама подтвердил в своем первом после избрания телевизионном интервью, данном им 16 ноября 2008 года Стиву Крофту в популярной программе «60 минут»: «Я повторяю, что намерен закрыть лагерь в Гуантанамо, и сделаю это. Я повторяю, что Америка не будет применять пытки, и я хочу, чтобы все были уверены, что мы решительно отказываемся от незаконных методов следствия и незаконной судебной системы. Это часть нашей программы, которая должна вернуть Америке статус морального лидерства в мире».

Однако, по мнению Мэтью Воксмена, бывшего заместителя помощника министра обороны США по делам военнопленных, это легче сказать, чем сделать. В интервью журналу «Foreign Policy» мистер Воксмен, ныне являющийся профессором Колумбийской школы права и старшим научным сотрудником по вопросам права и внешней политики авторитетного Совета по Международным отношениям, заявил, что решение, касающееся судеб 255 заключенных лагеря, вызовет огромное количество юридических проблем, связанных с перемещением их на территорию США, где они будут пользоваться всеми правами, предусмотренными американской конституцией, и распространением на них прав, предусмотренных Женевской конвенцией о военнопленных. По мнению Воксмена, новая администрация США может столкнуться с необходимостью введения новых типов судов для подозреваемых в терроризме.

Одним словом, обещание закрыть лагерь в Гуантанамо столь же трудно выполнимо, как и все предвыборные обещания. Если же учесть, что «пыточный лагерь» не единственное тяжкое наследие, доставшееся новой администрации от предшественников, что Джорджем Бушем за 8 лет его правления был подписан целый ряд других не менее скандальных указов и распоряжений, выходящих за рамки Конституции США, Обаме придется проявить недюжинную твердость для того, чтобы ликвидировать последствия правления неоконсерваторов и вернуть Америке, если не моральное лидерство в мире, то, по крайней мере, место в ряду цивилизованных стран.

Григорий Тинский