КОСМИЧЕСКАЯ РУСЬ:
СВЕРХДЕРЖАВА ЗОРИЧЕЙ

Важно, что сигнал о славном космическом будущем Руси пришел из Харькова, неожиданно ставшего для нас «заграницей» после распада СССР в 1991 году. Город Харьков – былая столица Советской Украины и один из мозговых центров советского ВПК, вновь напоминает о себе лучшими образцами качественной фантастики. Написанной, вопреки двадцати годам дерусификации Украины, на хорошем русском языке.

Человеческая фантазия ограничена. С этим утверждением можно поспорить, но экскурсия по книжным полкам в разделе фантастика доказывает, что на этой земле ничто не ново. Современные писатели-фантасты плодят новые сценарии на базе старых, в различных интерпретациях клонируют уже неоднократно клонированные сюжеты и даже не смущаются одинаковых названий для своих фолиантов. Мозг потребителя все стерпит, все проглотит и не заметит, потому что память у современного читателя короткая, а ум не взыскателен. О том, что фантастика выродилась в низкопробное и бесконечное фэнтэзи, не говорит сейчас только ленивый.

На этом фоне выигрышно смотрится новая книга Александра Зорича (псевдоним авторского тандема харьковчан Яны Боцман и Дмитрия Гордевского) «Завтра Война». Приятно, что книга вышла под маркой «Звезда по имени Солнце», брендом, правообладателями которого являются наследники Виктора Цоя.

«Завтра война» не потрясает воображение запредельными сюжетными коллизиями, не страдает избытком воспаленной фантазии. Это «вменяемая» проза о покорении космоса, которая вызывает добрые ассоциации с таким уже забытым явлением как «научная фантастика». В советское время этот пласт развлекательной литературы служил вполне конкретным целям – подогревал у школьников и студентов интерес к космической программе Советского Союза. И не беда, что из миллионов советских мальчиков, мечтавших стать космонавтами, до своей цели доходили только десятки. Отрасль развивалась и ее рост был реальным плодом усилия всей цивилизации, а не отдельного бизнес-проекта госкорпораций.

Космическая тема в последние годы «затухла» в массовом сознании. Поэтому в книжных магазинах за последнее десятилетие можно было найти все что угодно, кроме новой фантастики на тему покорения космоса. На протяжение 20 лет нам предлагают феерические и бесцельные путешествия в параллельные миры, общение с привидениями, гномами, драконами и прочими бесами, обучение в школах магии с аморфными очкариками, проживание в подземке после атомной войны, – а космическая тема в провале.

Книга Зорича заставляет нас задуматься об этом интересном явлении. Это особенно актуально сейчас, когда мировая цивилизация во многом потеряла свою космическую сверхзадачу, а покорение космоса утратило свой «прометеевский смысл» и перешло в утилитарный формат.

Рыночная цивилизация способна спонсировать науку лишь в той степени, в которой та способна приносить прибыль. Эта мысль обстоятельно высказана у политолога и философа Александра Панарина. А ведь покорение космоса состоит из очень дорогостоящих программ, успех, а иногда и сроки которых невозможно спрогнозировать. Недаром русский язык назвал его «покорением». В этих условиях такая категория как прибыль вообще отсутствует. Значит, никакого космоса дальше не будет, пока не выработан ресурс планеты. Будет вылазка паразитов в поисках новой пищи и мест захоронения отходов. Да и та под вопросом, ведь чтобы организовать серьезную экспедицию потребуется консолидация многих землян, объединенные усилия тех же ТНК, а эгоистичные потребители смогут объединиться разве что после планетарных катастроф, делающих жизнь на Земле невыносимой.

Прорыв в космос, совершенный Советской цивилизацией имел под собой другую базу. Он был основан на коллективном подвиге советских людей, страна жертвовала потребительским сектором ради научного и военного.

И сейчас, когда с ракет исчезла маркировка «СССР», а на орбите Земли с грехом пополам строится безликая МКС, книга Зорича о звездных войнах читается как нечто новое и приятное для слуха. Именно потому, что Зорич, в отличие от своих собратьев по перу, перенес в космос политику и главной действующей силой на межзвездных пространствах Вселенной сделал Русскую сверхдержаву, наследницу советской космической программы.

Согласно сюжету, главной кузницей космических кадров у землян является порт Колчак на Новой Земле, где расположена Северная военная академия. Передовой боевой силой является космическая крепость «Три Святителя», а лучшим космическим истребителем – русский «Горыныч». Герой этой фантастической повести – простой курсант Северной академии, на долю которого выпадает счастье отличиться в бою.

В книге мы видим космическую ретроспекцию современной политики, узнаем классическую расстановку сил. Европейская линия представлена в виде огромной космической ТНК, которая держит своих конструкторов и ученых на положении узников. С этим связана вся шпионская интрига повести. Есть грубоватый и брутальный Рейх, периферийная Италия. В авангарде человеческой расы стоит русская космическая держава.

Американская линия читается в образе Конкордии – инопланетной империи созданной людьми-клонами, которая очень амбициозно относится к переустройству Вселенной на свой манер и толкает космос к войне. Все как в старые добрые времена.

Налицо опыт японского аниме, где фантастические сюжеты далекого будущего имеют прямую отсылку к реальной геополитике. Как и в случае с «Метро» Галковского, интерес вызывают прямые сравнения и ассоциации с реальным прошлым и реальной топографией: упоминания о Сталине, Пушкине, прямые аллюзии на советскую военно-техническую машину, описание русского Симферополя и русского Крыма.

Важно, что сигнал о славном космическом будущем Руси пришел из Харькова, неожиданно ставшего для нас «заграницей» после распада СССР в 1991 году. Город Харьков – былая столица Советской Украины и один из мозговых центров советского ВПК, вновь напоминает о себе лучшими образцами качественной фантастики. Написанной, вопреки двадцати годам дерусификации Украины, на хорошем русском языке.

Показательны в этом смысле слова «Зорича» Яны Боцман о русском языке, врезавшиеся в память многим: «Родина – это дом языка. А язык – дом бытия (это не я сформулировала, а Мартин Хайдеггер). Соответственно Родина задает изначальные, априорные координаты развития человека. И моего тоже. Для меня Родина = язык. И потеря одного для меня очень тесно связана с потерей другого. Это, кстати, имеет ужасно неудобное практическое следствие – я физически не могу за границей больше трех недель. Я чувствую, что портится мой русский, тщательно выпестованный годами работы! В бытовом смысле моя Родина – СССР».

Артем Сериков